Колониальная политика Российской империи в Северном Азербайджане. Христианизация Населения

«Генерал-лейтенанту Матюшкину и бригадиру Левашеву повелено также, и это объявлено всему армянскому народу, чтобы всяким образом стараться армян и других христиан призывать для поселения в занятые российскими войсками персидские провинции: Гилян, Мазандаран, Баку, Дербент и Нагорная часть Елизаветпольской губернии, а также другие удобные места, принимать их ласково и в прочем содержать во всякой милости и охранении, отводить им в пристойных местах удобные для их поселения земли и отдавать им в городах и селах те дворы и пожитки, которые пусты; также и тех из магометан (мусульмане — ред.), которые явились в какой противности, или на которых какое подозрение есть, тех выводить вон, а их места занимать оными христианами». Указ Петр I, от 10 ноября 1724 года

А по поводу армянского населения Карабаха русский историк И.Петрушевский писал: «Карабах никогда не принадлежал армянским культурным центрам». Он писал, что армянская церковь в Албании «была инструментом для арменизации страны». И.Петрушевский. О дохристианских верованиях крестьян Нагорного Карабаха. Б., 1930, с.8.

В начале XIX века колониальные планы России в Северном Азербайджане планомерно осуществлял генерал русской службы князь П.Д.Цицианов. В своих действиях он придер живался кредо «кто силу в руках имеет, тот со слабым не торгуется, а повелевает им»20. Реализуя российскую колониальную политику и собственное кредо. П.Д. Цицианов не останавливался ни перед чем, не делал исключения даже азербайджанской аристократии. Так, он держал в мечети Тифлиса Борчалинских агаларов в качестве «аманатов», то есть заложников, не выпускал их из заточения, несмотря на всяческие уговоры местной знати.

Требуя от азербайджанцев беспрекословного подчинения, П.Д.Цицианов угрожал даже Елизаветпольскому ахунду. Он также настаивал на своем требовании незамедлительно сообщать ему в Тифлис о всяком злонамерении против властей. «В противном случае, — угрожал П.Д. Цицианов, — невзирая на личность, будут сочтены за изменников те, кто промолчит, соответственно наказаны и даже сосланы в Сибирь»21. В добавление к этому высокопоставленный российский чиновник в своем предписании указывал, что, если агалары будут злоупотреблять своим положением, то их также сошлют в Сибирь»22.Такое высокомерное, великодержавное, шовинистическое отношение российских официальных лиц к местному населению было в традиционной манере имперских сановников и чиновников.

Один из приближенных П.Д.Цицианова — генерал А.П.Тормасов повторял: «для азиатца лучшее средство есть конский мундштук. Он делает его кротким и послушным»23. Политика христианизации выражалась также в покровительстве армянскому населению за счет ущемления интересов азербайджанцев. Подтверждением тому служит письмо Мехтигулу-хана Гарабагского генерал-лейтенанту А.А Вельяминову, в котором говорится: «архиерей Нерсес, прибыв из Тифлиса в мое ханство, вручил мне письмо А.П.Ермолова где говорилось, что он желает сделать исчисление всем карабахским армянам, чему я удивляюсь, ибо, если правительство желает знать настоящее число карабахских подданных, то какая необходимость отделять армян от татар (азербайджанцев. -А в т . ). Если каждый приезжий каждый год из другого места начнет исчислять карабахских армян, то сие будет противно порядку и закону карабахскому»24. Этот документ свидетельствует, что русская администрация интересовалась удельным весом армян в составе населения Гарабагского ханства далеко не случайно: по истечении определенного времени после утверждения русского владычества имперские власти интересовались, как идет процесс христианизации Северного Азербайджана, в данном случае зоны Гарабага. О том, как далеко продвинулись официальные власти в этом направлении, свидетельствует сообщение иностранного очевидца: «Я сожалею, что русские не сохранили прежних обычаев магометан, но, напротив, действуют к уничтожению оных, и грубым обращением с туземцами не могут их к себе расположить». И далее: «Армяне заметным образом обогащаются приходят в лучшее положение, между тем как магометане становятся беднее».

Приведенные наблюдения иностранца — наглядное подтверждение целенаправленного ущемления прав и положения азербайджанцев, за счет которых возвышались армяне, поддерживаемые официальными властями. Более того, как заметил современник, «даже простой казак может вытребовать во всякой деревне продовольствие для себя и лошадей своих. А в случае нескорого выполнения прибить кого-нибудь»27. Необходимо отметить особую жестокость генерала А.П. Ермолова в отношении азербайджанцев. Оправдывая свои антигуманные действия, он заявлял: «Снисхождение в глазах азиатцев — знак слабости. Одна казнь сохранит сотни русских от гибели и тысячи мусульман от измены».

Для реализации своего кредо А.П.Ермолов не останавливался ни перед чем и прибегал к любым средствам. Жестокое отношение этого генерала к азербайджанцам было замечено бароном И.И. Дибичем, который писал:»строгое обхождение генерала А.П.Ермолова в мусульманских провинциях, изгнание ханов и строгость против беков оказывается неограниченно»29.Не случайно, что именно с согласия самого А.П.Ермолова лишали жизни отдельных представителей местной знати30.Беспредел, а также ущемление прав не только беков и агаларов, но и членов ханских семей, вынуждали азербайджанскую аристократию эмигрировать. По этим именно причинам Мехтигулу-хан Гарабагский и Мустафа-хан Ширванский бежали в Иранское государство. Однако, А.П.Ермолов не видел для Российской империи какого-либо ущерба в том, что влиятельный местный феодал Мехтигулу-хан Гарабагский променял прежнее «своё состояние на ежедневную прогулку босыми ногами по помосту двора его высочества наследника»31.Исторические документы доказывают, что бегство Мехтигулу- хана Гарабагского имело прямое отношение к Ермоловской политике в отношении местных мусульман, в том числе азербайджанцев. А.П.Ермолов всячески опекал генерал-лейтенанта В.Г.Мадатова, армянина по происхождению. О насильственных методах этого любимчика генерала А.П.Ермолова писал сам Мехтигулу-хан Гарабагский. Он обвинял В.Г.Мадатова в том. что именно под его давлением этот хан вынужден был отдать родственнику генерала-армянина — Петрос-аге 12 тыс своих крестьян.

Следует отметить, что отдельные исследователи, опираясь на исторические факты и документы утверждают, что «первым крупным грабителем земельной собственности Мехтигулу-хана являлся Мадатов: который с большим успехом руководил русскими войсками в их борьбе против народов Кавказа, за установление господства российского царизма. После своего назначения военно-окружным начальником Гарабага он приобрел крупный земельный участок с 15 деревнями. Незаконное приобретение Мадатова легко было утверждено в Петербурге, ибо он был царским генералом и к тому же родственником главнокомандующего Кавказским особым военным корпусом Ермолова”33.После завоевания северных земель Азербайджана, Российская империя, решив укрепить свое господство в данном хорониме, с целью создания социальной базы, проводила здесь политику христианизации. Стратегический план данной политики в отношении Северного Азербайджана заключался в ассимиляции его коренного населения и превращении страны в неотъемлемую, составную часть обширной Российской империи.Россия душила и морально подавляла азербайджанский народ своей политикой христианизации. Показательны следующие факты. Желая продемонстрировать, что Гянджинское ханство взято, ликвидировано и его земли присоединены к Российской империи навечно, П.Д.Цицианов превратил одну из Гянджинских мечетей в православный храм34. После захвата силой оружия азербайджанского Иреванского ханства И.Ф.Паскевич для увековечивания памяти о покорении этой твердыни превратил Ирсванскую пятничную мечеть, построенную османами в 1582 году, в православную церковь.

Российская империя не только трансформировала мечети в христианские храмы. Еще в процессе завоевания Южного Кавказа, а также северных земель Азербайджана для усмирения и подчинения этих территорий и коренного населения данного хоронима, Российская империя, понимая, что автохтонное население исповедовавшая Ислам не примет политическую власть иноверной, иноэтничной державы. Принимая во внимание указанные нюансы, правительственные круги России образовали христианские миссионерские общества, главная цель которых являлась распространение христианства среди мусульман Кавказа, а также Северного Азербайджана, и тем самым, сближение их с Россией.На начальном этапе насаждения христианизации, в регионе, миссионерской деятельностью занимались как Осетинская комиссия, образованная в середине XVIII века, так и иностранные Шотландские и Базельские миссионерские общества.

Но деятельность этих миссионерских обществ в первой трети XIX века, не дала ожидаемых результатов, и в целом Российская империя была озабочена в неуспешном распространении христианства на Кавказе, а также в Северном Азербайджане. Уже в конце первой трети XIX века, официальные представители Российской империи считали, что миссионеры, присланные Эдинбургскими и Базельским обществами, не приносят пользы державе в области распространения и насаждения христианства в завоеванных окраинах36.Если Осетинская Комиссия, миссионерское общество православного толка, в течение 10 лет с 1815 г. по 1 января 1825 года окрестила 58.228 чел., среди которых были осетины, хевсуры, тушины, кистини, ингуши, абхазы, лезгины и другие народности Кавказа37и в эти данные не входили удины, исповедовающие православную веру, в количестве 150 дымов38. Напротив, деятельность иноправославных христианских обществ были почти безрезультативными. Так, например, шотландские миссионеры смогли обратить в христианство только двух азербайджанцев: Мирза Мамед Али Казым бека, названного покрещении Александр Казым беком и Рашид Али Исмайлов, названного по крещении Давид Диксоном.

То Базельские миссионеры, за всю свою деятельность не только не обратили в христианство ни одного представителя коренного населения Кавказа, напротив занялись переводом духовных лютеранских книг на армянский, привлекая тем самым в лютеранскую церковь армянскую молодежь, что сильно беспокоило духовенство армяно-григорианской церкви40.Об этих действиях Базельских миссиоренов, в своем отношении к старшему секретарю Д.Н.Блудову, барон Г.В.Розен писал: «Базельские миссионеры, могут быть более вредны по своим действиям, нежели Шотландские, ибо, не устраивая колоний и не занимаясь обращением мухаммедан и язычников, они неприметным образом действуют на армян»41.Сложившаяся ситуация не могла не беспокоить правящие круги России, которые в ходе второй русско-иранской войны (1826-1828) считали дальнейшую деятельность иноправославных миссионерских обществ в деле установления политической власти Российской империи в регионе, и усмирения его коренного населения нецелесообразной. Россия, отказавшись от деятельности миссионерских обществ иностранного исповедания, по установленным новым контурам политики христианизации, базировалась на ортодоксальную церковь. Касаясь данного вопроса, в январе 1827 года ген. А.П.Ермолов в своем докладе к управляющему Министерством внутренних дел писал, что для полного подчинения и установления власти Российской империи на Кавказе, коренные жители региона не должны иметь представление о различных исповеданий христианства и поэтому действия Шотландских и Базельских миссионеров должны быть прекращены42.В своем отношении под №723 министр внутренних дел А.А.Закревский (18281831) писал графу И.Ф.Паскевичу: «признано несовместным допускать к сему делу(к политике христианизации — ред.) мисссионеров иностранных».

И уже в конце первой трети ХIХ века Российское правительство было твердо настроено на прекращение деятельности Базельских миссионеров на территории Северного Азербайджана44. Осенью 1835 года Базельским миссионерам было объявлено о прекращении их деятельности. Не соглашаясь с этим решением правительства, Базельские миссионеры в своем отчете барону Г.В.Розену писали, что главная их цель заключалось в распространении в регионе Библии, с целью подготовления почвы «превращения мусульман в христианство»45. Они считали, что «истинное обращение какого-бы то ни было народа к христианству требует времени–десятилетий и даже столетий»46.Базельские миссионеры не соглашались с позицией правящих кругов Российской империи, определенная часть которой принимала за позитив формальное принятие христианства местным населением Кавказа. Базельские миссионеры не видели в этом пользу для России, ибо они за короткий период своей деятельности поняли, что ислам и мусульманская культура на протяжении многих веков стали определяющими факторами в процессе самосознания азербайджанцев, как единого этноса. История доказала, что Базельские миссионеры были правы. Спустя десятилетие уже в начале ХХ века Кавказский наместник И.И.Воронцов-Дашков в своем докладе Председателю Совета Министров П.А.Столыпину писал: «неумелое обращение мусульман в христиан, это зло постоянное между нами еще десятки лет будет обагрять — кровью Кавказ»47.Не отказываясь от контуров своей конфессиональной политики Российская империя, в последние годы кавказской войны (1817-1864) в целях распространения православия на завое ванных территориях и усмирения народов Кавказа образовала в 1860 году «Общество восстановления православного христианства на Кавказе». Идея учреждения этого общества принадлежала Кавказскому наместнику, кн. А.И.Барятинскому.

Приступив к должности кавказского наместника А.И.Барятинский, пристально наблюдал за действиями коренных народов Кавказа, их отношение к Российской власти, которая по социально-политическим параметрам не воспринималась автохтонными народами завоёванных земель России, и объяснение тому была конфессиональная разнородность противоположных сторон. В данном случае, население мегарегиона исповедовала религию Ислам и не желала примириться с новой, иноземной, иноязычной, инородной властью, и доказательством тому была кавказская война (1817-1864), олицетворявшая независимый дух народов Кавказа. Сложившаяся ситуации в мегарегионе, не могла не беспокоить, как центральную власть России, так и кавказскую администрацию. Наблюдая за социально-политическими процессами в данном хорониме, Кавказский наместник А.И.Барятинский считал, что непримиримое отношение коренных народов Кавказа к российской власти можно изменить путем насаждения христианства «между кавказскими племенами», с помощью образования церковной конгрегации-братства48. В отличии от средневековых рыцарских орденов, действующих проповедью и мечом, в задачи учреждаемого братства включались распространение просветительско-духовной работы на Кавказе, и создание особых классов при действующих семинариях, как в центральных губерниях, так и в периферии «для образования духовных лиц, предназначенных для проповеди слова Божия». Выступая с позиции защиты колониальных планов Российской империи, географические рамки, разработанного проекта кн. А.И. Барятинского, охватывали широкий ареал распространения православного христианства не только в пределах Кавказа, но и далеко за ее границами, дальше в направлении Востока49.В ходе обсуждения данного проекта в Кавказском Комитете было решено учредить конгрегацию, при активном участии св. Синода, митрополитов Новгородского и С. Петербургского – Исидора и Московского–Филарета, экзарха Грузии Евсевия, статс-секретаря графа Д. Блудова и других и церковных и светских лиц под руководством А.И. Барятинского50. 9 июня 1860 года в Царском Селе император.

Александр вручил высочайшую грамоту кн. А.И. Барятинскому, объявившая об образовании «Общества восстановления Православного Христианства на Кавказе», приоритетная задача которого заключалась в насаждении христианства на Кавказе с целью вытеснения из мегарегиона мусульманскую религию51.Во второй половине XIX века Россия продолжила христианизацию Северного Азербайджана. В 1885 году инспектор народных училищ Елизаветпольской губернии в своем обращении к Закавказскому шиитскому шейхуль-исламу настаивал, чтобы «законодатели выучили молитву за царя на арабском языке и распространили ее среди учащихся»52. Придерживаясь своей политики христианизации мусульманской страны, наместник Кавказа И.Воронцов-Дашков считал «не допустимым» обучать детей русско-подданных в персидских (то есть азербайджанских) школах, ибо, по его мнению, преподавание в таких учебных заведениях «совершенно не соответствует государственным задачам»53.Попытки распространения и насаждения православного христианства проявляли себя также в других начинаниях, а именно с конца 90-х годов XIX века в губерниях Азербайджана начала создаваться сеть церковно-приходских и воскресных школ. Яркое проявление сети церковно-приходских школ наблюдалось в Елизаветпольском уезде Елизаветпольской губернии. Так, настоятель Елизаветпольского АлександроНевского Собора в 1897 году получил разрешение на открытие церковно-приходских школ во всех христианских селах с христианским населением. В эти годы церковно-приходские школы открывались не только в переселенческих русскоправославных селах, они функционировали также в местностях, где проживали автохтонное население страны – азербайджанцы. Так, Гедабекская церковно-приходская школа была открыта в 1896 году54.Являясь инструментом, насаждения христианства в регионе церковно-приходские школы требовали от учеников иноправославного и инохристианского конфессий, изучение «Закона Божия»55 .Следовательно, главная цель функционирующих церковно-приходских школ заключалась в воздействовании на умы инородных, иноконфессиональных учеников региона. Церковно-приходские школы находились под контролем противосектантских миссионеров и были подотчетны Грузинскому Епархиальному Училищному Совету и получали кредиты от указанного ведомства для своей деятельности. Так, в 1905 году только Елизаветпольскому отделению Совет выделил кредит в 4.500 руб.56. Однако, церковно-приходские школы, как инструмент христианизации, не дали ожидаемых результатов, что можно объяснить тем обстоятельством, что церковные школы особого влияния, как на коренное население, так и на сектантов не имели.

С одной стороны, из-за малочисленности православно го русского населения в стране, возможности церковных школ в деле распространения православия в регионе были ограничены, с другой дети мусульманского и сектантского населения избегали занятий по «закону Божьему», не являлись на утренние и вечерние молитвы, не ходили в церкви и тем самым срывалась главная цепочка насаждения христианства данного контура. Но не отказываясь от алгоритмов колониальной политики и продолжая насаждать христианизацию в регионе, Российская империя строила православные христианские храмы и другие культовые сооружения, как на Кавказе, так и в Северном Азербайджане.Так, с разрешения наместника Кавказа М.С.Воронцова, в 1847 году была сооружена армянская церковь в Шуше — бывшей столице Гарабагского ханства57. В Алты-Агаче была заложена еще одна армянская церковь — в 1854 году. На ее постройку российское правительство ассигновало 1800 руб. сер58. Всего к середине XIX века в Шамахынском уезде имелось шесть церквей59.Параллельно, кавказская администрация не прекращала строительства христианских храмов в Северном Азербайджане. Так, в 1855 году в селе Кахи была возведена церковь св. Георгия, а в 1904 году КрестоВоздвиженская60. Тогда же был сооружен самый значительный христианский храм в Северном Азербайджане: в 1889-1898 годах в Баку был построен православный Александро-Невский храм. Это был памятник церковной архитектуры в позднеклассическом стиле, уникальный по своему внешнему и внутреннему виду.

На его возведение российское правительство израсходовало большие средства: только на 1891-1843 годы была утверждена смета расходов в 195.000 руб.сер.61 На одну лишь позолоту главного купола было ассигновано 18.800 руб. 20 коп сер., а стоимость мраморного иконостаса составила 21 650 руб.сер”62. Для этого уникального храма в Москве, в мастерской иконописи и стенной росписи академика живописи В.В.Шокорева, была исполнена картина «Сошествие Иисуса Христа в ад»63.Динамичное строительство православных церквей российским правительством уже в начале ХХ века, образовало сеть христианских храмов в г. Баку и в 1913 году только в Бакинском Градоначальстве функционировали 18 православных церквей64.Православные храмы были построены также в Елизаветпольской губернии Так, в 1908 году в селе Орлово-Денисово Джаванширского уезда, поставили новую церковь65. Православные церкви строились и в Иреванской губернии. В построении православных храмов в этой азербайджанской губернии активное участие принимало «Общество восстановления Православного Христианства на Кавказе», выделившее на постройку православного храма в Эчмиадзине 6.000 руб.66. Вышеизложенное свидетельствует, что христианизация окраин, действительно, была одной из важных государственных задач колониальной политики Российской империи. И считалась необходимой для укрепления политической власти метрополии в завоеванных землях кавказского мегарегиона. В тех же целях старались обратить в христианство мусульманазербайджанцев. Например, под давлением местной власти в 1846 году 9 азербайджанцев в Шамахынском уезде крестились по православному обряду.

Однако, большего добиться не удалось: азербайджанцы наотрез отказывались переходить в христианскую веру. Например, власти хотели обратить в христианство ингилойцев-мусульман, но они отказались, несмотря на оказанное на них давление. Попытки «переманить» в веру Иисуса Христа ингилойцев планомерно велись с 1850 по 1863 годы, при участии «высших чинов гражданского начальства и администрации края, в солидарности их с духовенством»68. Как эти, так и ранее приведенные факты доказывают, что инициатива христианизации коренных жителей Северного Азербайджана исходила не из Кавказской администрации, но из Санкт-Петербурга, и иными словами, христианизация инородцев входила в планы колонизации Южного Кавказа. Не случайно, что для успешного обращения автохтонов в веру россиян в село Кахи приезжал сам наместник Кавказа М.С.Воронцов с супругой. По свидетельству первоисточников, во время пребывания среди ингилойцев. наместник, «приласкав влиятельных из мусульман-кахцев. обещал им в награду золотые медали и пенсии, и таким образом окрестил их в православие и восприемником многих был он сам»69. Однако, подобные «крещения» остались исключением, в качестве личной заслуги наместника Кавказа.По свидетельству документа, озаглавленного «История распространения христианства среди ингилойцев-мусульман и обратный переход в магометанство», работа христианских миссионеров и постройка церквей в Закатальском округе, где находилось село Кахи, шла во второй половине XIX века достаточно успешно.

В нем сказано: «крестили зараз десятками и сотнями»70.В результате, — говорится далее в том же документе в 1861 году в Закатальском округе, — две трети ингилойцев, около 20 тыс. душ обоего пола, были обращены в христианство и образовали девять православных приходов, в том числе Белоканский71. Однако, подавляющее большинство автохтонов Северного Азербайджана, в том числе ингилойцы, оставалось мусульманами. Они не принимали новую веру. Одним из подтверждений служит вооруженное выступление в Закатальском округе в 1863 году. Одной из главных причин этого восстания, как свидетельствуют фактические материалы было следствием «насильственного обращения мусульман-ингилойцев в христианство»72.Поэтому, кавказская администрация, «дабы не усложнять далее ситуацию», вынуждена была официально разрешить «желающим из христиан снова перейти в магометанство»73. Обратный процесс продолжался несколько лет, и в результате «закрылись семь православных приходов, в том числе Бело канский»74.Так произошло потому, что численность ингилойцев-христиан сильно сократилась: «остались верными православию жители сел Кахи, Алибегло и часть жителей Карагапска»75.

Итак, попытки официальных властей массового насильственного насаждения христианства среди автохтонов Северного Азербайджана потерпели крах. Основной причиной неудачи стало нежелание добровольно оставлять веру предков, что и проявилось в Закатальском восстании 1863 года. После произошедших событий, спустя много лет, в 1880 году, была предпринята новая попытка распространить христианство в Северном Азербайджане. Ответная реакция была такой же острой, как и ранее: в Закатальском округе вновь начались волнения, и кавказская администрация вновь отступила76. Принимая во внимание вышеуказанные факты, следует констатировать: в исследуемый период Российская империя с целью установления и упрочения государственной власти на Кавказе, базируясь на ортодоксальную церковь, целенаправленно насаждала христианство, для превращения мегарегион в неотъемлемую составную Российской империи. Однако, результаты христианизации в мегарегионе не были удовлетворительны. Коренное мусульманское население Кавказа, не желая трансформироваться, в другую, чужую для него религию, не отказалось от своей ментальности и этноконфессионального сознания.

Fb: Qurban Vahidov

Bu xəbəri paylaşın:
  •  
  •  
  •  
  • 1
  • 2
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •